Вовка плакал, просил, умолял – всё было напрасно…

Мать Вовки работала уборщицей , а отец — давно воевал на фронте . Вовка целыми днями был предоставлен себе .

Когда загремели первые выстрелы на Выборгской стороне , а затем немцы обрушили с воздуха свирепый шквал бомб на Ленинград , Вовка первый из сверстников в своём дворе вызвался дежурить вместе со взрослыми , чтобы предупредить распространение пожаров .

– Ты же ещё мал ! — сказали ему в штабе противовоздушной обороны, когда Вовка явился туда.

– Я –пионер– строго ответил Вовка.

Во время налетов полагалось прятаться в убежище , но Вовку налёт застал далеко от дома , его пост был на крыше . Вовка чувствовал себя солдатом , спешащим на выполнение боевого задания .

Внезапно бомба рванула за углом, зазвенели выбитые стекла . Вовка присел , затем резонно рассудив, что второй раз бомба в то же место не попадёт, бросился прямиком через эту клубящуюся мглу из пыли , обломков дерева и земляной крошки,продолжавших сыпаться сверху.

Он бежал берегом Мойки и вдруг услышал : кто-то плещется в воде. Потом донеслось жалобное повизгивание .

Вовка остановился , прислушался, затем заглянул через парапет : на воде виднелась голова собаки, мокрая , несчастная , с испуганными глазами .

Собака была оглушена и тонула . Очевидно , взрывной волной её смыло в воду . Она тщетно била лапами , заплескивая себя брызгами.

Вот несчастье ! Острая жалость

захлестнула Вовку .Он сбежал по гранитным ступеням к самой воде, но собака была далеко , не дотянуться . Плавал Вовка отлично, немедля , в чём был , сложил руки рыбкой , нырнул , вынырнул и поплыл, уверенно загребая…

Через минуту собака была на берегу. С Вовки текли потоки воды; он стал отжиматься , расшнуровал ботинки и выплеснув из них воду. Пес тоже отряхивался , не спуская благодарных глаз со своего спасателя . Вид у собаки был довольно жалкий , но Вовка не замечал этого . Он был рад , что спас животное .

– Ну что, испугался? – ласково сказал Вовка .

Рыжая псина дернула обрубышем хвоста .

– А хвост -то тебе что, осколком отхватило?– посочувствовал Вовка.

– Куда же теперь ты, а?– снова проговорил Вовка , окончив шнуровать ботинки . –Давай беги домой !

…Налёт кончился , опасность миновала для обоих . Но рыжая псина не уходила . Как прилипла !

Так нежданно — негаданно , Вовка обзавёлся собственным четвероногим приятелем , который отныне повсюду сопровождал его.

Собака по всем признакам была бездомной . Жаль , собаки не умеют говорить , а то рассказала бы.

От прежней жизни у собаки остался лишь добротный кожаный ошейник.

На нём, на металлической бляшке, Вовка прочитал выгравированное с красивыми завитушками : Ч-А-П-А.

Вовка даже сразу не понял, что это имя собаки : уж очень смешное – Чапа! Но потом быстро привык к нему и стало даже нравиться .

После своего чудесного спасения собака никак не могла унять своей радости . Она вертела обрубком хвоста, стоило Вовке лишь повернуть голову в её сторону, ловила каждый его взгляд , жест, улавливала даже перемены настроения .

Не хочешь, да полюбишь такое существо , сам привяжешься к нему.Когда кто-то спросил , чей это пёс , Вовка без колебаний заявил :

<< Моя собака >>…

Вовка не разбирался в собачьих породах , лишь потом сведущий человек объяснил ему, что Чапа – чистокровный эрдельтерьер (<<Есть такая служебная порода , применяемая в военных целях>>, –пояснил говоривший).

Вовка был горд вдвойне : пёс породистый, да ещё из тех, что<<применяется в военных целях>>. А сейчас как раз война – значит, такие как Чапа ,могут принести большую пользу .

– А кормить чем будешь ? – спросили Вовку товарищи . В городе уже начинался голод , хлеб и другие продукты выдавали строго по карточкам и ограниченно .

–Прокормимся, – уверенно, тоном взрослого ответил Вовка и положил руку на голову Чапы, как бы давая понять : не бойся , со мной не пропадёшь…

Вовка решал этот вопрос очень просто : кусок себе , кусок Чапе. Матери нет , на работе , всё равно никто не увидит , ругать будет некому. И потом – за что ругать: раз друзья , – значит , всё поровну.

Самое главное – любящее сердце, тогда и никакие трудности не страшны . Под напускной суровостью

и строгостью у Вовки скрывалась добрая и отзывчивая душа .

Ну , а что касается Чапы… Она была не только привязываться и ходить за хозяином как тень , но и умела отблагодарить , платить добром за добро…

Очень скоро нашлось и для Чапы серьезное дело. В штабе ПВО он находился в подвале дома у Пяти Углов (есть такой перекрёсток в Ленинграде , очень шумный и тесный, где сходятся несколько улиц), а ребята с Вовкой во главе , дежурили на Моховой .

Иногда случалось: надо доставить какое — либо сообщение в штаб , а идёт бой , кругом сыплются горячие осколки, носа не высунуть . Вот тут-то и выручал Чапа .Бежит эрделька быстро, человеку не угнаться , маленькая, увертливая, ей и осколки нипочём. А дорогу только раз покажи – не собьётся.

Словом, стала Чапа связным службы ПВО.

Скоро рыжую шуструю и приветливую собаченцию со смешной бородатой мордой полюбила вся Моховая . Её знал любой дежурный штаба ПВО.

Вовка сидит на крыше .<<Чап-чап, чап -чап >>, –доносится до ушей . (Теперь Вовка знает, почему ей дали такое имя .) Явилась Чапа.Ага , в портдепешнике что-то есть . Пишет мать:<< Приходите обедать>>.

Вовка поднимает лицо вверх –показалось , что летят самолеты , и Чапа , задрав бороденку, тоже смотрит на небо . Но небо чисто. Сегодня даже облаков нет .

– Пошли ,Чапа ! –командует Вовка Ох , и обед , одни слезы ! Мать наполняет поварешкой тарелку сына, Вовка наливает плошку жиденького супа и ставит перед Чапой . Несколько шлепков языком , и плошка суха , Чапа переводит просящий взгляд с хозяина на хозяйку . В глазах у собаки горит жадный блеск .Да-а , у неё небось , как и у меня , частенько в желудке, поют куры с петухами…

После обеда Вовка вспомнил , что нужно навестить больного приятеля, который жил в соседнем квартале. Чапа , конечно ,с ним .

– Ну , Чапай, Чапай ! – говорил Вовка, оглядываясь на Чапу.

Вовка только хотел сказать ещё что-то , как вдруг оглушительный разрыв… Собственно ,Вовка даже не слышал его ; уши мгновенно будто заложило ватой ; неведомая сила оторвала его от земли , приподняла, как пёрышко; стена дома внезапно прыгнула на него .С угрожающей ясностью он увидел около своего лица щербины в штукатурке, оставленные осколками , и потерял сознание . Боли он почувствовать не успел .

Когда он пришёл в себя , Чапа лежала на нём и тихонько скулила. Он явственно ощутил тепло её тела. И ещё почувствовал , что под ним мокро . Вовка зашевелился , Чапа радостно задышала, выставив язык, и в этот миг новый взрыв потряс воздух, осколки с визгом пронеслись над головой , посыпалась штукатурка, битое стекло… Вовка опять погрузился во мрак .

Очнулся он , когда его клали на носилки .

–А где Чапа ? – проговорил он , с трудом ворочая непослушным , тяжёлым языкам , который казалось, присох к гортани . И не узнал своего голоса . похоже было, что говорил кто-то другой .

– Лежи, лежи, – успокоительно сказали ему .

– Где Чапа ? – повторил Вовка .

– Говори ей спасибо , она тебя собой закрыла…

– Чапа, Чапа ! – повторял мальчик уже в полузабытьи .

Носилки покачивались , и Вовке казалось , что он летит на самолёте. Потом всё провалилось опять .

Вовка пролежал в больнице две недели . У него было сильное сотрясение и ушибы , от которых всё тело представляло сплошной синяк.

Через две недели Вовку выписали, мать забрала его домой .

Это была большая радость . Второй радостью было узнать , что Чапа тоже поправляется . Чапа расплатилась с Вовкой сполна и, как говорится , той же монетой .

Собака лежала на хозяине , и её мохнатое тело приняло осколки, которые предназначались Вовке.

Его унесли в больницу ,а Чапу подобрал один дружинник. Он выходил собаку . А потом , когда Чапа начала ходить , она сама прибежала домой к Вовке..Только теперь Чапа на всю жизнь осталась хромой.

Вскоре подоспело новое событие, То ли радостное ,То ли печальное, пожалуй , больше печальное, чем радостное: Вовка с матерью получили извещение, что их эвакуируют в глубокий тыл .

– Предстояло лететь самолётом.

–А как же Чапа? Чапа тоже полетит? Чуяло Вовкино сердце , что быть несчастью. Недаром мама все эти дни как -то странно поглядывала на Чапу , как бы жалеючи , уделяла ей скудные крохи .

– Собаку придётся оставить ,– заявил на эвакопункте ответственный товарищ . –Людей не успеваем возить …

Вовка плакал , просил , умолял–все было напрасно. Просила и мама : <<Она сына спасла ...>>–<<Не можем>>, и всё тут !

И вот настал грустный — прегрустный день . Опять Чапе предстояло остаться одной , горемыкой-сиротой . У Вовки сердце разрывалось от горя и отчаяния . На дворе уже была поздняя Ленинградская осень с моря дул холодный промозглый ветер , моросил мелкий надоедливый дождь.

Вовка плохо помнил , как целовал Чапу прямо в мокрый нос , как мать закрывала комнату , где осталась Чапа , и отдала ключ соседке с наказом , чтоб та потом выпустила собаку ; плохо помнил долгий путь в грузовом автофургоне к аэродрому. В мозгу стучало Чапа, Чапа… Уткнувшись в материн рукав , боевой дежурный , которого не испугали немецкие << зажигалки >>,

принялся громко реветь , мать тихонько гладила его по голове . У неё тоже катились слёзы из глаз.Она стряхивала их и опять гладила Вовку. Ей тоже было жаль Чапу и непереносимо больно расставаться с Ленинградом , которому предстояло долго отбиваться от врагов .

Но когда они приехали на аэродром, Чапа оказалась там . Вовка глазам своим не поверил , когда увидел рыжую , кудлатую и неимоверно грязную собаку возле грузовика.Может ,то двойник Чапы? И потом , Чапа не была такой грязнулей…

Но когда она с радостным визгом бросилась ему на грудь , отпечатав на пальтишке свои лапы и облобызав лицо , всякие сомнения пропали . Это была действительно она , Чапа. Как она тут очутилась?

Оказывается , она всю дорогу бежала за автомобилем . После соседка написала : едва они отъехали, Чапа завизжала , разбила окно , порезав лапу, выпрыгнула со второго этажа .

Куда же теперь с нею ? Право, лучше бы уж не прибегала… Второй раз расставаться ещё труднее!

Вовка с матерью с узелком и баулами – на летное поле ; и Чапа с ними. Прижимается к ногам , юлит, заглядывает в глаза…

Лётчик в шлеме и унтах , стоявший около самолёта, видимо командир корабля , окинул их взглядом и строго сроосил :

– Чья собака? Твоя?

– Моя , – понурившись, отвечал Вовка.

– Зачем привёл? Что порядка не знаешь?

– Дяденька, товарищ летчик то есть, я её не приводил , она сама… Можно мне её с собой , а? Товарищ летчик!..

– Без разговоров ! Полезай ! Видишь, задерживаешь!

Чапа отчаянно завизжала , как будто поняла разговор .

Мать была уже в самолёте Вовка, боясь оглянуться на собаку, опустил голову , с горькими всхлипываниями полез за матерью . Плач Чапы сделался нестерпимым . Там, в самолётом брюхе , уже было много людей . Они копошились, как пчёлы в улье, устраиваясь на вещах .

– Кусается ? – неожиданно спросил летчик, когда Вовка уже был на верху,

– Нет, нет !

Должно быть, убитый Вовкин вид и горе Чапы подействовали так на лётчика или он просто был хороший человек …. Крепкой мускулистой рукой он ухватил собаку за шиворот.

Чапа брыкнула в воздухе всеми четырьмя лапами и очутилась в тёмном самолётом нутре вместе со всеми . Прижав собаку к себе и не отпуская так долетели до места .

Такова история хромой Чапы из Ленинграда и её друга Вовки Калягина , бесстрашного защитника города-героя на Неве и опытного тушильшика немецких зажигательных бомб– <<зажигалок>>. Его и сейчас еще помнят многие у Пяти Углов .

Борис Рябинин

ЧТОБЫ ВИДЕТЬ ВСЕ ИСТОРИИ мало поставить «Нравится» странице. Facebook следит, ставите ли вы лайки, делаете репосты и оставляете ли комментарии к анонсам публикаций в ленте...

Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
Все комментарии
0
Что думаете? Пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x