Счастливое избавление от наглой невестки

— Ой, Степановна, не могу я так больше. Изведёт, как пить дать, изведёт. И сын на её стороне постоянно, совсем мать слышать не хочет.

— Не повезло тебе, Петровна, со снохой. Вот первая невестка — всем на загляденье была. А ты сама ведь её выжила.

Проходя мимо соседок, я вспомнила Наташку, первую невестку Петровны. Она работала учителем в музыкальной школе, детей очень любила.

Мягкая была, вот и не выдержала прессинга Петровны, сбежала. А вот за Юлю, вторую жену сына Петровны, весь дом семейство это ненавидел.

У Юли было двое добрачных детей, и тряслась она над ними как курица над яйцами. Была Юля типичной, как сейчас модно говорить, «яжематерью».

Своего старшего ребёнка, мальчика 8 лет, Юля выгуливала за ручку. Абсолютно всё, что находилось на детской площадке, воспринималось ею как лично её имущество.

Она сама лично отбирала у малышей в песочнице машинки и лопатки для своего чада. На возмущённые претензии адекватных мам, Юля тут же бросалась с кулаками и орала благим матом.

Юля ни во что не ставила ни мужа, ни его маму, в квартире которой она жила. Она кричала, хамила. Бывало и поколачивала своего супруга. Целыми днями из их квартиры доносилась ругань. Но стоило кому-то из соседей издать хоть звук, Юля тут же бросала всё и бежала карать нарушителя.

Мне совсем не повезло — вышеупомянутая особа жила прямо подо мной. Мне было велено научиться летать, ведь топаю я как борец сумо. Мне нельзя смывать воду в туалете, ведь у них после этого дома грохот, как около Ниагарского водопада.

Музыка и фильмы — тоже под запретом. На любой мало-мальский шум, неадекватная соседка тут же ломилась в дверь моей квартиры. Она орала, брызжа слюной, как потерпевшая.

Она грозилась полицией, МЧС, налоговой и РосПотребНадзором. Она грозилась дойти с жалобой до президента, если я не перестану шуметь. Я побаивалась нервную бабу, старалась не вступать в спор.

Особенно она ненавидела моего соседа напротив. Ведь он, по словам самой Юлии «продал душу, чтобы управлять этим исчадием» . Под исчадием понимался безобиднейший ротвейлер соседа. Сосед с собакой был, пожалуй, единственным человеком, не боящимся давать отпор Юле.

Последней каплей терпения жильцов нашего подъезда стало то, что Юля начала шастать по квартирам с претензиями, что мы подключились к её электросчётчику, и тем самым грабим её бедных детей.

Она пыталась ломиться в квартиры для проверки, естественно никто её не пускал. Тогда стали приходить участковый и электрик из управляющей компании.

Мы дружно решили проучить хамку. Взяв в сообщницы Петровну, мы стали подкидывать в почтовый ящик квартиры, где жила Юля, любовные письма.

Мы скидывались на цветы и отправляли их курьером к ней домой. Сосед с собакой ночью написал на асфальте у подъезда «Юля, я тебя люблю, бросай мужа», и подложил под дворник машины Юлиного мужа записку. Там было всего одно слово: «Рогоносец».

Миссия была выполнена. Юля была со скандалом выгнана мужем прочь. А мы, жильцы теперь уже счастливого подъезда, вздохнули с облегчением.

Петровна каждые выходные угощает нас пирожками. И неустанно благодарит за избавление от наглой невестки.