— Невесту родного сына не приняла, а пасынкову — в дом пустила, еще и прописала. Сама виновата!

Я вышла замуж почти 10 лет назад. Мне было 26, дочке от первого брака 2 года. Мужу тогда только исполнилось 20. Из-за меня он разругался со своей мамой — она меня не одобрила, и бросил институт — за учебу платила свекровь.

Марина Игоревна тогда поставила сыну ультиматум — или он бросает меня, или у него нет матери. Муж собрал вещи и ушел. Все попытки Вани наладить с ней отношения, Марина Игоревна игнорировала. Она просто вычеркнула сына из своей жизни. Это вычеркивание не помешало ей заявиться к нам на свадьбу, вручить мне в подарок живую курицу и громко пожелать сыну, чтобы в скором времени он стал вдовцом.

Мы жили нормально, без ссор и конфликтов. Ваня устроился на работу, хотя я ему и предлагала оплачивать обучение — моего дохода вполне бы хватило, плюс я получала немаленькие алименты на дочку. Но Ваня отказался — сказал, что не будет сидеть на шее у любимой женщины.

Со временем, мы переехали из однокомнатной квартиры, которую оставил мне бывший муж, в двухкомнатную. У нас родился общий ребенок — тоже дочка, Варвара, в этом году она пойдет в школу.

Когда Варя только родилась, муж делал ей еще одну попытку помириться с матерью. Он думал, что внучка смягчит сердце свекрови. Но Марина Игоревна не пустила их даже на порог. Когда Ваня с Варей вышли из дома свекрови, его догнал молодой человек. Он представился пасынком Марины Игоревны и сказал, чтобы духу Ваниного больше там не было.

— Теперь тут живем мы с отцом. Ты променял свою мать на женщину — вот с ней и живи, не ходи сюда, тебе тут не рады!

Так Ваня узнал, что его мама вышла замуж.

А недавно моего мужа разыскали и попросили срочно приехать неравнодушные соседи Марины Игоревны. Ее муж и его сын довели женщину до микроинсульта. Пасынок моей свекрови привел в дом девушку.

Так получилось, что и муж свекрови положил на нее глаз. И теперь она ждет ребенка, от кого — неизвестно. Когда Марина Игоревна принялась прогонять всю эту развеселую компанию из своей квартиры, то ей было прямым текстом, что они там прописаны и никуда не уйдут.

А когда девица родит, то и ее ребенка тоже пропишут к Марине Игоревне. Все это муж узнал в больнице, куда увезли его маму. Он выслушал свою мать, развернулся и уехал домой. А дома, когда пересказывал мне рассказ своей матери, он позлорадствовал:

— Невесту родного сына не приняла, а пасынкову — в дом пустила, еще и прописала. Сама виновата!

Я принялась убеждать мужа, что его матери надо помочь. Надо оформить развод, выписать семейство мужа свекрови сразу после развода, успев до рождения ребенка.

— Мне плевать — это ее жизнь, пусть сама разгребает последствия. — муж наотрез отказался помогать своей матери.

Моя бывшая одноклассница — адвокат, специализируется как раз на бракоразводных процессах. Я с ней связалась, кратко обрисовала ситуацию, мы договорились о сумме ее гонорара и я дала Лизе адрес больницы и номер свекрови.

Муж, узнав о моем вмешательстве, устроил мне скандал. Он уверен, что каждый человек должен сам платить за свои ошибки. Но ведь Марина Игоревна — его мама, ей нужна реабилитация, да еще и надо разгребать эти проблемы с мужем и пасынком, сама она не справится. Муж сказал, что если я дальше буду лезть, то он со мной разведется.

— Мне плевать на ее квартиру — пусть она там хоть с 10 внебрачными детьми живет! Наши проблемы ее никогда не волновали, почему я должен сейчас волосы на пятой точке рвать, чтобы маме помочь? Это она от меня отказалась, из-за тебя, кстати! Я умываю руки! А тебе, если ты сунешься, тоже помощь Лизы понадобится!

Втихаря от мужа, я съездила в больницу к свекрови. Слава богу, серьезных последствий удастся избежать. Я поговорила с Мариной Игоревной, сообщила, что скоро к ней приедет адвокат, который займется ее разводом.

— С чего это ты решила мне помочь? Совесть мучает? — спросила свекровь на прощание.

Я не стала отвечать на этот вопрос, попрощалась и ушла. Да, у меня свой шкурный интерес — ее квартира когда-нибудь перейдет в собственность моего мужа, а потом — в собственность моей младшей дочери. Так что, грубо говоря, я вкладываюсь в будущее своего ребенка.

Когда Марину Игоревну выписали, Лиза вплотную занялась ее разводом. Муж снял себе квартиру и тоже собирается подать на развод — он считает, что я его предала. Свекровь по-прежнему не хочет видеть внучку. Я не услышала даже простого спасибо, за оплаченного из своего кармана адвоката. Зато она переехала на съемную квартиру к Ване — в ее квартире ей не дают находиться, всячески выживают.

Дочки скучают по папе. Младшая требует, чтобы на линейку 1 сентября ее отвел именно папа, а муж не берет трубку — не хочет со мной разговаривать. Своим неприятием свекровь разрушила и свою жизнь, и жизнь нашей семьи. Подумаешь — я старше и с ребенком!

Зато ее сын был со мной счастлив. Возможно — и дальше будет счастлив, надеюсь, что мы помиримся. Во всем произошедшем есть один плюс — Ваня нашел общий язык со своей мамой, раз согласился жить с ней под одной крышей. Главное, чтобы она ему ничего не напела, за время их совместного проживания.

Может, муж был прав, и мне действительно не стоило лезть? Тем более, меня никто об этом не просил.