Нашествие лютых губанов

Недавно мой приятель решил познакомить со своей девушкой Катей. Позвал нас, друзей, в кафе. Приходим. Светски общаемся с Катей о погоде и цвете стен. Только время от времени под разными предлогами удаляемся.

Нам было важно отсмеяться, прийти в себя. Дело в том, что у Кати были такие губищи, на которые без смеха нельзя смотреть. Особенно когда она вдруг говорила протяжно нашему другу: «Димусик, а закажи мне еще фреш, а, Димусик?». Еще Катя ежеминутно смотрелась в зеркало, будто хотела убедиться, не сдулись ли губы?

Потом мы с друзьями решили пройтись – уже без Кати и Димы – и всю дорогу веселились. Кто-то из нас вдруг комично раздувал губы и говорил протяжно: «Димусик, а Димусик?». Да, мы здоровые мужики, хохотали над этой дурындой Катей. Может, это было не слишком по-джентльменски, но мы ничего не могли с собой поделать.

Один из нас, самый прямолинейный, сказал, наконец: «Слушайте, я рад за Димона, но она просто лютый губан. Она же его засосет и не заметит».

Да, девушки с накаченными губами вызывают у нормальных людей только смех или опасение за жизнь ее близких.

И ведь этих лютых губанов становится все больше и больше. Иногда я вижу: идут три-четыре подружки, все с одинаковыми губищами. Подружки хищно глядят по сторонам: кого бы еще всосать?

Их уже легионы, армии, тьмы. Они маршируют, страшно выпятив губы. Они уже готовы всосать полмира. Над ними потешаются, но они-то уверены, что близки к совершенству. Ну еще носик подрезать и готов идеал. Дуры, идеальные дуры.

Я задумался, откуда этот культ огромных губищ? Что он вдруг свалился на нас? Дело в том, что это случилось только сравнительно недавно. Наша цивилизация много веков обходилась без них. Девушку украшали скромность и маленький рот.

Волосы – важно, глаза – очень важно, грудь – дико важно. А рот – это так, мелочь, пустяк. Достаточно бегло окинуть взглядом женские портреты, начиная хоть с Ренессанса. Все дамы – от барышень до крестьянок – с совсем непримечательными ртами.

И так продолжалось до 20 века.

Но почему губы вдруг стали, расти, увеличиваться, заполняя экраны и обложки? Все просто. Виной тому помада и порнография. С первой понятно, это маркетинг. Компаниям надо продавать косметику, и побольше. Лучшая реклама помады – на больших губах. Но не вздрагивайте при втором слове.

В ней рот уже требовался как полноценный герой, а не просто дарить милую улыбку. В этом жанре губы расцвели алым цветом и двинулись дальше. Так губы, наконец, заняли свое почетное место.

Мэрилин рассылала с экрана воздушные поцелуи. Расцвели итальянские и французские красотки. София Лорен, Джина Лоллобриджида, Брижит Бардо. Бог создал женщину и дал ей губы – вот что сообщали миру эти девушки. Это сейчас нам кажется – что такого в губках Бардо? Мы уже насмотрелись на Джулию Робертс, Анжелину Джоли и Веру Брежневу. А тогда это была сексуальная революция.

Но дальше – о, дальше случилось страшное: в дело вступили пластические хирурги. Хотите губы как у Джоли? Да не вопрос! И дурочки выстроились в очередь. Бьюти-процедуры стремительно дешевеют. Любая может теперь вкачать филлеры и гордиться собой. Началось вторжение лютых губанов.

Есть точная формула: чем глупей девушка – тем больше накачены губы. Неважно, что смотрится это комично или просто дико. Девушки не догоняют. Девушки уверены, что они теперь классные, манящие, сексуальные. На самом деле, отчасти правы.

Тот же наш приятель Димон купился ведь на губищи этой балды Кати. Есть, есть мужчины, которым рядом нужна лишь пластиковая куколка, с щелью для банковской карты.

Просто он еще не знает, что дальше будет только страшнее. Потому что эти Кати не могут остановиться. И однажды ночью он проснется, увидит рядом с собой губастого монстра, который жутко сопит оперированным носиком – он вскочит и убежит из дома, прямо в пижаме. А Катя наутро примется искать нового идиота, которого сможет всосать, поглотить, сожрать. Лютые губаны безжалостны.