Как мать сыну жизнь сломала

Сын девицу знакомиться привёл. А матери она не понравилась что-то. Хотя и на кухню к ней сунулась с чаем помочь, и тихо да скромно за столом сидела. А вот не легла душа, как говорится.

Да и то – чай пьёт, а ложечку из чашки так и не вынула. И торт рукой взяла просто. А уж как и пальцы потом облизала, так её аж передернуло прямо.

Девчонка не виновата конечно. Да мало ли, может это и нормально в мухопердянске ейном. А вот в столице-то с невесткой такой сраму не оберешься. Но мысли эти грустные она думала, а на лице-то улыбка приветливая приклеена была. Лицо в ситуации любой надо держать потому что.

После ужина сынок так и вообще фортель выкинул. Заявил радостно так — дескать, рад, мол, что понравилась девушка, ведь в комнате его жить будет потому что. Сессия у ней на носу, а разве подготовишься к экзаменам в общежитии ейном.

И стали они жить, да только мать извелась вся. А ну как понесет девка-то? Так младенцем своим сыночке руки-ноги свяжет. А избавляться ведь не будет ни за что – вон как жадно глядит на младенцев в колясках, с которыми мамаши во дворе гуляют. И тут у ней хитрый такой план стратегический появился.

Разговор с ней завела невзначай как бы. Мол, детишек-то хочешь, небось. Та вспыхнула как маков цвет да свекрови и молвила, что, мол, предохраняются они, потому как в институте ещё год учиться.

А та вздохнула горестно да страшную тайну невестке будущей и открыла. Что жаль ей её, мол. Но вот только сыночка ейный как есть пустоцвет бесплодный. Свинкой в детстве переболел потому что.

На самом-то деле свинка детская для парней вещь опасная, но далеко не всегда функцию репродуктивную убивает. А сын ейный никакой свинкой и не болел вовсе. Это она соврала так специально. Девица в слёзы.

А мать христом-богом сына не губить просит. Вот прикипит он к ней всей душой, а как быть, коли девице не токмо муж, а ещё и отец детишек будущих нужен. И тайну ту сохранить просит, значит.

Позже заглянула в комнату ихую, а там девица вещички свои собирает. Сын с работы пришёл, а она такая, ухожу, мол. Прости и всё прочее такое. Да и ушла. Сын к матери с расспросами, а та такая, ничего, мол, не ведаю да не знаю.

Сама в шоке как бы. Чёрта лысого ей у нас разве что и не хватало. Сам, мол, сынок видел, что я то, что она ножа столового в руках отродясь не держала, будто бы и не замечала даже.

Загоревал сыночка сильно. Мать старалась его вкусными деликатесами всякими пичкать. Как щепка худой стал потому что. И о девицах два года потом ничего не хотел и слушать.

Ну мать песню сколько, мол, в бобылях-то жить и завела. Пора, дескать, остепениться. И внуков ей уже пора нянчить. А тут к ней на стажировку девушка пришла хорошая как раз. Из семьи, так сказать, приличной. Она их с сыном и свела. Ну тот и женился.

Живут молодые год, живут два. Свекровь у невестки интересуется, детей не хотите что ли. А та в слёзы, что уж врачей всех обошла, мол. А те и препятствий к зачатию не видят вроде.

Мать сына к доктору хорошему свела. А там правда, страшней которой и быть для неё не могло, взяла да и раскрылась. Определил доктор тот, что сын её вот совсем бесплодный.

Кто-то скажет, что накликала на сына враньём своим порчу. Да только не в мистике одной причина. От того что та девушка ушла от него, у сына стресс тяжелейший случился. Вот и образовалось бесплодие у него на почве нервной.

Начал сын по врачам скитаться. К каким светилам медицинским не обращался только. Да те лишь руками разводили. Бессильны, мол, мы со всей медициной современной. А жена ребёнка способами другими зачинать не хотела.

Да и сын про банк спермы донорской и слушать не желал тоже. Ссориться да ругаться что ни день начали с горя такого. А потом и развелись вовсе.

Сын запил, с работы его и прогнали. А ему вроде как ничего уже и не нужно. Ни роста карьерного, ни развлечений даже. Заработками случайными перебивается, да всё что зарабатывает, подчистую и пропивает. Свезло ещё, что во хмелю не буйный. Сидит такой да слёзы глотает.

Жаль его очень. А мать пуще всего боится, что правда о том, что сама же жизнь его и сгубила, вылезет на свет божий. Что с того будет, ей и подумать страшно.

© Helina Bentsioni