Дружить можно только с равными?

Немногие могут похвастаться тем, что пронесли сквозь года свою детскую дружбу, зародившуюся еще в песочнице, или за школьной партой. Почему? Потому что мы вырастаем, перерастая дружеские отношения, разъезжаемся в разные края, да и просто, как говорят — жизнь разводит.

-Видела Лилю, — говорит приехавшая в гости к Марине мама, — такая важная стала, прямо — дама, на роскошной машине, одета по последнему слову, узнала меня остановились, разговорились. Муж-то ее теперь заводик наш прикупил, тот, что разваливался уже и стоял давно, магазины по всему городу, дом огромный построили. Сын на платном учится, в престижном вузе. Вы и не общаетесь с ней же? Что так? Даже по интернету? А были же не разлей вода…

Марина молчит. Да. Не общаются даже по интернету, причем уже давно. И даже говорить теперь уже не о чем, если только, как мама, выслушать отчет об успехах Лили, точнее даже, не ее самой, а ее супруга.

И да, дружили с детского сада. Так получилось, что родители их привели в группу почти одновременно. Только у Маринки мама была учительницей, а Лиля была из очень многодетной и очень пьющей семьи.

А потом девочки вместе пошли в школу. И Лиля после школы частенько заходила к Маринке домой и с удовольствием наворачивала за обе щеки обычные щи. И булку с вареньем. Потому что дома у нее ни варенья, ни щей не было. И мама Марины жалела девочку и частенько позволяла ей оставаться ночевать. Иной раз и сама приводила с улицы, сидевшую перед подъездом продрогшую подружку дочери.

-Папа у нас буянит, — сообщала Лила, — второй день уже. Мама спряталась с братиком в ванной, а я просто выскочила, а куртку накинуть не успела.

Мама Лили еще держалась, а отец скатывался по наклонной, остальные дети выросли, разъехались кто куда, 2 брата Маринкиной подруги повторили судьбу отца. А Лиле мама частенько отдавала даже Маринкины вещи.

Что греха таить, иной раз у нее не было даже зимних сапог. Тогда, 40 лет тому назад, никто особенно и не хватался за голову, не ужасался, не кидался в опеку и прочие органы. Тем более, что мама Лили тогда еще совсем на дно не опустилась.

В выпускном классе у Лили не стало отца, зато больше и чаще стала прикладываться к бутылке мать. Младшего братишку забрала к себе одна из Лилиных сестер, а она сама снова частенько ночевала у Маринки.

-Можно я у вас останусь, — спрашивала Лиля уже сама, — не хочу туда, снова на весь вечер одна шарманка, что не удалась жизнь. А мне физику учить надо.

Дороги подруг начали расходиться уже после школы. Но тогда между ними было только расстояние: Марина уехала в институт, а Лиля вышла на рынок, торговать. Но они часто встречались, когда Марина приезжала, болтали, гуляли. Только ночевать у Марины Лиля оставалась теперь редко: у нее появился кавалер, она уходила с ночевкой к нему.

-Один из этих, «мальчиков», — пояснила мама, — «мальчиками» в начале 90-х называли обыкновенных рэкетиров, которые выбивали из торгашей плату за «крышу». А по сути, за то, чтобы они же сами на них и не «наезжали».

А потом вышла замуж Марина и осталась в другом городе. А потом и Лиля вышла за своего отбывшего небольшой срок «мальчика». Он, кстати, после отсидки переквалифицировался в бизнесмены. Ему повезло. Многие из его коллег лежат молодыми под памятниками из черного мрамора, где они изображены в полный рост.

-Ой, подруга, — воскликнула Лиля еще лет через 7, остановив возле приехавшей к маме Маринки свой опель, — Приехала? Увидимся, конечно, я так соскучилась! Только давай вот что, я сегодня с девочками встречаюсь, ну с женами наших. Приходи к нам. Только мы без детей, мой с няней, твоя же мама посидит?

Мама посидит. Лиля собралась и пришла. И очень неуютно себя чувствовала в этой компании. И Лиля общалась больше с теми, с новыми, а не с ней. Интерес к Марине был утерян после первого же вопроса: кто ее муж и кем работает она сама.

Выслушав, что муж автомеханик, а она учитель биологии, дамы дружно отвернулись и продолжили болтать о соляриях, отдыхе в Турции и курсе валют, о шмотках, о том, что Колясик в обход жены подарил дорогущую машинку своей подружке.

И Лиля болтала и смеялась над незадачливой супругой Колясика, которая после вторых родов «обабилась» и теперь мужик точно уйдет к молодой. И поделом ей. Квашня и клуша. Они были дорого одеты, красиво накрашены, блондинисты, безмозглы и очень злы. И Лиля была такая.

-Завтра в ресторане 15-ю годовщину нашего брака будем отмечать, ты приглашена, — сказала Лиля на прощанье, — только… знаешь, заедь ко мне за часок, нет, за час у меня прическа, лучше утром приезжай. Я тебе из шмотья что-то подберу, а то ты выглядишь… Ну, в общем, у нас так не принято.

Маина не заехала. Потому что когда-то давно, когда Лиля зимой ходила в резиновых сапогах на босу ногу, ей не пришло бы в голову так ее унижать. Мама тогда говорила просто: «Глянь, у тебя ножка маленькая, а у Маринки выросла. Забери сапожки.

Да прямо сейчас и в них ступай. Ну смотри, новые еще, что им пропадать теперь?» А Маринка на следующий день поджимала пальцы в прошлогодних тесных сапогах, потому что новые мама обещала ей купить через неделю, с получки, а ножка у нее совсем не выросла. Просто нельзя, когда Лиля в резине, в мороз.

Почему жизнь разводит людей? Разные причины. Это всего лишь одна из…

А у вас есть примеры, когда удалось сохранить детскую или юношескую дружбу с людьми, перешедшими в иной социальный слой? Или возможно только приятельство на уровне приветствий и не более?