Больше не могу!

В кабинет Марины Сергеевна зашла очередная беременная женщина, но она сразу привлекла ее внимание. Все дело было в ее настроении. Она была подавлена и очень расстроена.

Да, женщины на последних месяцах беременности часто выглядели уставшими, но чтобы такими удрученными?

— Здравствуйте, что у вас случилось?

Марина Сергеевна только второй месяц работала в этой больнице. Раньше она жила в столице. Но после развода решила сменить обстановку. И переехала в родной город, чтобы быть поближе к уже пожилым родителям.

Благодаря богатому опыту, ее с радостью взяли в местную больницу. И были довольны, что удалось выхватить столичного специалиста.

Женщина нерешительно посмотрела на нового врача, но вдруг в ее глазах будто зажглась надежда.

— У меня к вам деликатный разговор, если позволите, — сказала она.

Пациентку звали Галина. Взглянув на ее карту, врач увидела, что это у нее пятый ребенок. И даже удивилась ее плодовитости. Какая умница!

— У нас тут всегда деликатные разговоры, сами понимаете, я же не терапевт и не отоларинголог, — с улыбкой ответила Марина, — Какая у вас проблема?

Женщина с опаской посмотрела на нее и спросила:

— А наш разговор будет конфиденциальным?

— Конечно, — уверенно ответила врач.

Галина была не уверена, что может так просто выложить свою проблему незнакомому доктору. Но еще она точно знала, что ее прошлый гинеколог Константин Геннадьевич точно бы не согласился ей помочь. Она специально попросилась к новому врачу.

— В общем, поймите меня правильно. Я очень люблю своих детей. Но я больше не могу. Я больше не могу рожать. Я хочу, чтобы этот малыш стал последним у нас с мужем.

Марина Сергеевна внимательно посмотрела на пациентку. Она не могла понять, в чем собственно заключается проблема.

— Так предохраняйтесь. В чем же дело? Я выпишу вам после родов противозачаточные таблетки. Они дают почти 100% гарантии.

Галина опустила глаза. Ей было стыдно об этом говорить. Но выбора не было.

— Понимаете, мой муж, он глубоко верующий человек. Он батюшка в местной церкви. Он не разрешает мне предохраняться. Говорит, что если бог дает ребенка, то это дар. Но мне всего 30 лет. А у меня таких даров уже аж четыре. И пятый на подходе. Я больше не могу рожать. Меня опять будут кесарить. Как и прошлые два раза. Это всегда больно. Потом долго тело восстанавливается. Мне кажется, что уже достаточно. Понимаете?

Марина Сергеевна наконец-то поняла, в чем суть проблемы. Но это был очень сложный вопрос.

— И что вы от меня хотите?

— Я хочу, чтобы во время кесарево, вы мне перевязали маточные трубы. Или вообще удалите матку, если придется. Лишь бы больше не рожать. Но мой муж ничего не должен об этом узнать. Понимаете? Он меня не простит. Он больше ко мне не прикоснется, если узнает. А я очень люблю мужа. И бога тоже люблю. Но мне кажется, что бог меня должен понять и простить. Он ведь все понимает. Но муж точно не поймет. Развестись не сможет. Но будет наказывать до конца жизни своим безразличием. Я так не смогу жить!

В кабинете они были одни. Медсестра убежала за анализами другой пациентки. Но скоро должна была вернуться.

Марина Сергеевна призадумалась. С одной стороны ее пациентка Галина, а не ее муж. И она должна в первую очередь уважать желания пациента. Но с другой стороны это не этично.

Вопрос был очень спорным. Ей нужно было оценить все за и против. Рассмотреть ситуацию с разных ракурсов.

Галина заметила нерешительность врача. И пошла в наступление.

— Пожалуйста, вы же женщина. Вы должны меня понять. Мой бывший гинеколог был мужчиной. Его я попросить о таком боялась. Тем более, что он хорошо знаком с моим мужем. Только вы мне можете помочь. У меня две дочки и два сына. Еще один сынок скоро родится. Если вы заглянете в мою карту, то увидите два кесарево. Последнее с осложнение. Чудо, что мне вообще удалось забеременеть. Два раза я попадала в больницу, потому что теряла сознание от усталости. Иногда я просто забывала поесть, так много времени отнимают дети. Если мой муж будет знать, что это наш последний ребенок, то он сможет насладиться отцовством в последний раз. Он успокоится. Пятеро – это и так много. Но если он узнает, что я больше не хочу рожать. Он меня не простит. Я прошу вас, хотя бы подумайте об этом. Я не прошу сразу принимать решение. Подумайте, я зайду к вам через неделю, — сказала Галина и вышла из кабинета.

Она положила на ее стол листок бумаги, на котором написала свой номер телефона и имя.

Когда вернулась медсестра, Марина Сергеевна сидела, задумавшись о словах предыдущей пациентки. Она свернула листок, оставленный Галиной. И положила его в карман, чтобы не возникло лишних вопросов.

Ситуация и правда была непростой. Но что же она могла поделать? Как так запросто перевязать маточные трубы, чтобы не отображать этого в карте. И ведь она же будет не одна во время операции. Если другие врачи будут не в курсе, то сочтут ее непрофессиональной. Ее даже могут уволить. Как же все сложно!

Марина понимала свою пациентку. Пятеро детей это не просто. К тому же у нее есть полное право распоряжаться своим телом, как она посчитает нужным. Но и мужа тоже можно было понять.

Религиозные взгляды могут толкать на сложные решения. Точнее для него они были простым. По крайней мере, в физическом плане. Рожать ведь приходилось жене, а не ему.

Как учитывать профессиональную этику в подобных вопросах? Раньше она с таким не сталкивалась.

Вообще, все это было удивительно. На дворе ХХI век. Понятно, что он священник. Но ведь нужно жить в ногу со временем. Жена ведь не аборт хочет сделать. А только предохраняться.

Сначала она подумала, что возможно, беседа с мужем могла бы помочь. Но потом вспомнила, что раньше ее врачом был Константин Геннадьевич. Скорее всего он уже пытался. Но не вышло. Раз даже на третьем ребенке супруги не остановились. Нужно было решаться. А точнее решать, что делать.

Прошла неделя. Марина Сергеевна не была уверена в правильности принятого ей решения. Но все-таки приняла его. Она ждала, что со дня на день может прийти Галина. И готова была с ней поговорить о сложившейся ситуации.

Долго ждать ее не пришлось. Галина пришла ровно через неделю. Во вторник, как и обещала. Когда она вошла в кабинет, Марина Сергеевна отправила медсестру Светлану за очередными анализами, якобы они были срочно нужны.

Галина с надеждой посмотрела на врача, поздоровалась и спросила:

— Вы подумали над моими словами? Пожалуйста, скажите, что подумали!

— Я подумала, но у меня есть к вам пара вопросов. Почему вы не хотите предохраняться тайно? Мужу не обязательно об этом знать.

Пациентка удрученно заломила запястья. Видно было, что ей нелегко.

— Понимаете, я очень люблю своего мужа. Я не хочу ему врать каждый день. Чувство вины съест меня заживо. Я в этом уверена. Я много об этом размышляла. А если он, не дай Бог, случайно найдет таблетки. Тогда мне точно несдобровать. Но если все случится иначе, то мы сможем и дальше жить спокойно в браке. Я не могу придумать другого способа. Поверьте, если бы он был, я бы никогда не пошла на такие крайние меры.

Марина Сергеевна понимала, что второй вопрос все равно нужно задать.

— А вы пытались поговорить об этом с мужем? Сказать, что вы больше не хотите детей? Может быть, я с ним поговорю на эту тему?

Галина только тяжело вздохнула. Она понимала, что смысла в этом нет.

— Я как-то раз заикнулась об этом. Так он два дня со мной не разговаривал. После этого мы полгода воздерживались. Таким образом, он пытался решить проблему. А вас, только не обижайтесь, он и слушать не станет. Потому что вы женщина. Хоть и врач.

В принципе Марина была почти уверена, что так и будет. Но убедиться все же стоило.

— Галина, вы понимаете все риски и последствия своего решения? – спросила она.

— Да, я все очень хорошо обдумала. Я хочу это сделать. Но только, чтобы муж ни о чем не узнал. Никогда.

Марина Сергеевна лишь кивнула. Она немного подумала, а потом сказала:

— Хорошо, я постараюсь вам помочь. Но ничего не могу обещать. Если на операции будет и другой хирург, то я не рискну делать это у него на глазах. Но если будут только медсестры или даже интерны, то я все сделаю. Они все равно ничего не поймут. Но имейте в виду. Если я это сделаю, то вы никогда и никому об этом не скажете. И больше того, вам все равно никто не поверит.

В первый раз Марина увидела, какая красивая Галя, когда улыбается. Ее лицо светилось от счастья.

— Спасибо! Я и не думала болтать. Наоборот надеюсь, что все это останется тайной. Я все понимаю, и буду вам признательна, если вы хотя бы попытаетесь.

— Хорошо, но давайте все же начнем с осмотра.

* * * * *

Прошло два месяца. Близились роды. Но Галина была на удивление спокойна. Она как и раньше весь день проводила с детьми. Хотя в последнее время ей уже было тяжко. Спина ныла, ноги отекали, а живот казался неподъемным. Когда начались схватки, муж повез ее в больницу.

Вячеслав никогда не присутствовал на родах. Тем более на кесарево. Его бы все равно не пустили.

Марина Сергеевна уже ждала роженицу, ведь та ей позвонила, когда они только выезжали из дома. Оставалось дело за малым. Принять ребенка и решить проблему Галины раз и навсегда.

Когда все было закончено, в семье появился еще один здоровый мальчик. Его синие глаза были глубже моря. А золотистые пряди слегка кудрявились. Он был похож на маленького ангелочка. Когда Марина Сергеевна сама принесла ребенка в палату, муж Галины уже был там.

Она вручила счастливому отцу малыша и сказала:

— Поздравляю, в вашей семье еще один прекрасный мальчик.

Марина подождала немного, чтобы они могли насладиться этим прекрасным моментом хотя бы пару минут. После она продолжила.

— Галина, мне жаль вас расстраивать. Но во время кесарево я случайно зацепила одну из маточных труб. Началось кровотечение, которое мы долго не могли остановить. Мне жаль, но вы больше не сможете иметь детей. Но уверена, что ваш чудный сынок сгладит вашу печаль.

Галя с трудом смогла скрыть счастливую улыбку от мужа. Но вот он сильно расстроился.

— Как так? У нас больше никогда не будет детей?

— Почему же никогда. Они у вас уже есть. Целых пять, — пыталась успокоить его врач. – Это уже большое счастье.

— Но больше не будет?

Видно было, что Вячеслав сильно расстроен. Он немного подумал и сказал, обращаясь к жене:

— Не переживай, родная моя, если ты захочешь еще одного ребенка, то мы его усыновим. Сколько еще несчастных крошек, нуждаются в родителях. Все будет хорошо!

Галина только улыбнулась мужу, а про себя подумала:

— Только через мой труп. Спасибо, дорогой, но с меня хватит! У нас и так теперь пятеро детей. Этого более, чем достаточно.

Нет, она все так же любила мужа. Все так же любила своих малышей. Но у каждого человека есть свой предел. В том числе предел боли и веры.

Галя с благодарностью посмотрела на врача и улыбнулась ей только глазами.

— Надеюсь, что теперь у них все будет хорошо, — подумала про себя Марина и ушла из палаты.

ЧТОБЫ ВИДЕТЬ ВСЕ ИСТОРИИ мало поставить «Нравится» странице. Facebook следит, ставите ли вы лайки, делаете репосты и оставляете ли комментарии к анонсам публикаций в ленте...

Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
Все комментарии
0
Что думаете? Пожалуйста, прокомментируйте.x
()
x