Богатство нас разделило

Марина уже три года не общается со своей родной сестрой. И все эти три года я слышу от нее жалобы на сестру Иру:

— Зачем мы им? Они же богатые, вот и не общаются с нами.

Но я-то знаю обеих сестер, мы когда-то давно учились вместе. Марина и Ира были не разлей вода, они погодки, им всегда было интересно вместе. И не дай Бог сказать обидное слово одной из них, другая тут же вставала на защиту, — и не важно, права сестра или нет, главное в их отношениях солидарность.

На все праздники, дни рождения мы приглашали обеих сестер. Даже если позовут одну, другая тут же скажет: — А можно я с сестрой приду?

И так было пока сестры не вышли замуж. Первой в девятнадцать лет выскочила Ира. Родителям зять был не к душе, к тому же из неполной семьи. Денег на свадьбу тоже не было. Но Ира влюбилась в своего Мишу и ни о ком больше слышать не хотела.

После замужества Ира с Мишей окунулись в свою семейную жизнь и, не рассчитывая на помощь родителей ни с той, ни с другой стороны, стали вить свое гнездо самостоятельно. Михаил оказался парнем работящим, даже жадным до денег: после работы еще и таксовал.

Марина сразу почувствовала отдаленность сестры: как не позвонишь ей, все некогда, какие-то дела у нее. А ребенок родился, то и вовсе погрязла в домашних делах. Марина, по возможности, приходила к сестре и помогала. Ира была ей за это благодарна:

— Маришка, спасибо, что выручаешь, а то я совсем зашиваюсь, как на работу вышла.

— Вы какие-то с Мишкой одержимые в плане денег, — недовольно говорила Марина, — все хапаете и хапаете, вот и не хватает вам времени.

— Что значит хапаем? – обиделась Ира. – А как нам жить? С родителей что ли тянуть? Так им еще тебя замуж выдать надо, — с обидой подковырнула сестру Ира.

— Ну, вот я значит виновата, что ты со мной почти перестала общаться.

И подобные разговоры случались частенько. Когда племянник подрос, пошел в школу, Марина почти перестала встречаться с сестрой. Ира и Михаил открыли свой цветочный павильон, который отнимал у них почти все свободное время. Они работали сутками.

А Марина наконец вышла замуж за парня из обеспеченной семьи. На квартиру копить не надо, родители мужа подарили однокомнатную, сказав, что это им для начала, а на большую площадь пусть сами заработают.

Но Дима, муж Марины, оказался с ленцой: знал только работу с восьми до пяти вечера, остальное время он считал своим законным отдыхом. Если не хватало денег, то родители Димы подбрасывали молодой семье деньжат. Но отец Димы вскоре умер, а у матери зарплата была небольшой, — помощь прекратилась.

Шли годы. Ира с Михаилом богатели, открыли еще один цветочный павильон, построили дом загородный, поставили теплицу, в которой теперь выращивали и свои цветы. К праздникам у них получался хороший навар на тюльпанах.

Марина с Димой, наоборот, едва сводили концы с концами. Подрастали сын с дочкой, а денег не хватало. По крайней мере, разница между достатком семей двух сестер ощущалась.

Ира с Мишей постоянно приглашали их в гости на все семейные торжества. Но Дима после каждой встречи недовольно ворчал:

— Разбогатели, с жиру бесятся, машину дорогую недавно купили.

Марина тоже частенько жаловалась мне: — Богато Ирка живет, я теперь ей не нужна, они на деньгах помешаны.

А я слушаю и думаю о том, как их помирить. Уже сколько раз я говорила Маринке, что не так уж и богато живет ее сестра, которую она раньше так любила.

— Марина, разве это богатство?! Просто они с молодости впряглись в один воз и тянут его вместе. Нравится им работать, деньги зарабатывать, они не боятся что-то новое открыть, порой рискуют. Это не каждому дано, ты живешь так, как у тебя сложилось, а она по-другому. Но вы все равно сестры, и останетесь ими.

— Нет, все-таки богатство разлучило нас, — остается она при своем мнении.

— Богатство, знаешь у кого, — не выдерживаю я, — богатство у тех, кто несколько тысяч долларов за один раз в ресторане оставляет, — просто за один ужин. А у твоей сестры кровью и потом заработанные деньги, на которые они по ресторанам не ходят. И в отпуск-то не ездят, работают годами.

Маринка задумывается, молчит. И мне в этот момент так хочет, чтобы они были рядом друг с другом, чтобы я могла сесть между ними, обнять их обеих и сказать: — Девчонки, вы же сестренки, обнимитесь! И больше не ссорьтесь и не обижайтесь.

Но как их собрать вместе?! Ире говорю, она отвечает, что Маринка снова будет ей завидовать; Марине говорю, она отвечает, что не нужна богатой сестре.

И вот попробуй помири их. Встало между ними это пресловутое богатство, как шлагбаум разделило путь одной сестры к другой. И нет пока той силы, которая снесла бы это надуманное сестрами препятствие, чтобы не было ни зависти, ни злости, чтобы вместе как раньше.